Я не умею молиться,
Хоть иногда и молюсь.
Не вечно же веку длиться –
Вот этого и боюсь.

Я грешен и много, Господи…
Я не по чину взял,
Что в несусветной гордости,
Вождём я себя назвал.

Куда я веду? И смею ли?
Курит трубку свою Чёрный Змей.
Вождями назваться успеем мы,
Ты только прожить так сумей.

На сердце моём пепелище
И только кроха — росток.
Лодка с пробитым днищем
Бортом зарылась в песок.

Пытаюсь учить я наивно
Ярости и простоте,
Быть мудрым, и всё же сильным,
Практичности и босоте.

И каждое слово, как камень
В колодец души падёт,
А прав ли я? Или пламень
В аду за гордыню ждёт?

Не знаю, помилуй, Господи,
И, как сумеешь, прости.
Дай мне немного твёрдости
И щепоть твоей доброты.

И, всё же… Я дам немного,
Я алчно хочу разбудить
В них чувство, мало иль много,
Дерзость свободными быть.

От края пройти мир до края,
Раздвинуть границы его
И снова в ворота рая
Войти, не боясь ничего.

Безумье моё оправдано,
Смешны пусть мои труды;
Колодцем, дышащим на ладан,
Давлю я каплю воды.

Плевать, что внутри так мало!
Плевать, что последний срок.
Я этот последний псалом
В них запишу между строк.

Меня они пусть позабудут,
Как скинут одёжку времён.
Кем станут, пусть теми и будут,
И буду я этим прощён.

Господи! Только это
Прошу в этот миг перемен:
Им счастья большую конфету
Раздели ты поровну. Всем.

Чёрный Змей